Нынешнее весьма заметное оживление в налоговой сфере готовилось загодя и тщательно. Триумфальные законодательные прорывы прошлого лета и нынешней зимы на ниве реформирования системы налогообложения обещали как минимум интересный Госбюджет и, соответственно, «приключенческий» период воплощения реформ в жизнь. «Приключения» начались с многострадального НДС.

Этот налог первоначально предполагалось вообще не трогать – до лучших времен. Однако уже после принятия Госбюджета на 2004 год парламент Украины волевым решением снизил ставку этого налога, Но правда, отсрочив действие соответствующего закона аж до 2005 года. Казалось бы, тут и успокоиться. Но мятущиеся, ищущие души реформаторов все же не оставили НДС в покое. Сейчас этот налог взимается по старинке.

А вот механизмы взимания претерпели такие изменения, что в деловых кругах немедленно вспыхнула дискуссия: а нужно ли было заводить спецсчета для НДС и вообще, зачем экспериментировать с этим налогом? Про метаморфозы НДС мы беседуем с Президентом «Центра общественно-правовых исследований» - Олегом Бойко.

Здравствуйте. Как вы считаете, НДС действительно «герой налоговой реформы», или информационный шум вокруг него создан искусственно, как это уже было с проектом Налогового кодекса?

Думаю, мы несколько смешиваем разноплановые понятия. Налоговый кодекс в пору его активной разработки был главным элементом налоговой реформы. Отдельный налог, при всей его важности и значимости, быть главным героем процесса не может.

Однако сегодня как в деловых, так и в широких общественных кругах активно муссируется вопрос существования именно этого налога.

А вот это уже весьма интересно и наводит на определенные размышления.

О налоговой реформе?

Не столько о важности и нужности – об этом много говорено и переговорено, сколько о концептуальных аспектах налоговой реформы. Ведь выведение налога на добавленную стоимость на первые роли в процессе налоговой реформы достаточно наглядно свидетельствует, что у разработчиков налоговых изменений отсутствует единая и мотивированная концепция. И почему-то о принципиальных вопросах  налогообложения прекратили говорить с тех пор, как масштабный проект Налогового кодекса потерпел фиаско. Я допускаю, что свою роль сыграл «эффект осторожности», поскольку проект Налогового кодекса, как бы его ни критиковали, был именно концептуальным масштабным документом.

Теперь мы можем наблюдать, как налоговая реформа реализуется путем «проталкивания» через парламент отдельных «налоговых»  законопроектов. Так, безусловно, легче, ведь «мелкий» закон не вызывает стольких споров, как объемный проект. Но в ходе чтений и голосований законопроект нередко претерпевает существенные изменения и становится законом, весьма отличным от проекта. В таких условиях говорить о единой концепции просто смешно. Естественно, что когда принципиальные вопросы оказываются «за бортом», их роль играют моменты не столь кардинальные. Что и произошло с НДС.

Почему вы упорно отказываете НДС в праве играть «главную роль»?

Потому, что в условиях ситуативных налоговых изменений, так сказать, по факту, на эту роль может «попасть» любой налог, особого «кастинга» здесь нет. С тем же успехом выбор мог пасть на, скажем, на акцизный сбор или налог от продажи недвижимости. НДС же, как я подозреваю, был выбран в силу своей «популярности».

Вокруг этого налога вот уже десять с лишним лет ведутся нескончаемые споры, и я не ошибусь, если скажу, что именно НДС в недалеком пост реформаторском будущем станет ведущим в «тройке» бюджетонаполняющих налогов. Меня это нисколько не удивляет, ведь именно поступления НДС составляли чуть ли не 70% общей доходной части государственного бюджета Украины. Этим объяснялась высокая ставка налога, как, собственно, и ставка налога на доходы физических лиц или на прибыль предприятий. Однако здесь следует отметить некоторые особенности украинской системы налогообложения.

Если говорить образно, то это – труднопроходимая чаща из переплетений старых налоговых принципов с новыми. В наследство от советской системы нам остался традиционно высокий налог на доходы физических лиц и пресловутый НДС, однако они в Украине в пору переходного периода обросли целым «букетом» разнообразных налогов, существенно размывших четкость налоговой системы.

Например, существовали налоги и сборы в разнообразные благотворительные фонды, помимо этого, правительство в условиях гиперинфляции вводило дополнительные ситуативные разовые или срочные обязательные отчисления, дабы пополнить бреши, неожиданно образовавшиеся в госбюджете. Все это привело к формированию уникальной в плохом смысле системы налогообложения, при которой предприниматель с каждого рубля прибыли платил один рубль двадцать копеек налогов. Это если не считать местных целевых сборов и разнообразных штрафов. Такая система стала мощным фактором, сдерживающим развитие украинской экономики. Конечно же, довольно быстро возникла потребность ее поменять или оздоровить…

либерализировать…

Да, что-то вроде этого. Постепенно, через провал проекта Налогового кодекса, правительство пришло к выводу, что необходимо прежде всего упорядочить систему, а не механически снижать ставки. Но, повторюсь, единой концепции, общего видения, а что же должно получиться в итоге, нет.

Вместо этого присутствует стремление свести количество основных налогов к оптимальному минимуму. Здесь мы опять вернемся чуть-чуть назад во времени и вспомним тот налоговый хаос, который существовал примерно до прошлого года. Правительство начало упорядочивать этот хаос прежде всего с экспериментов в секторе малого и среднего бизнеса. Так были введены Единый фиксированный налог, двухвариантное налогообложение и принцип выбора для мелких и средних предпринимателей.

Результаты экспериментов оказались очень даже позитивными. Но вот когда дело дошло до основных бюджетонаполняющих налогов, выяснилось, что украинский госбюджет, по большому счету, таковых просто не имеет. То есть получалось, что большинство налогов «трогать» было опасно. НДС же привлек к себе внимание только потому, что он имел высокую ставку и гарантировал стабильность поступлений.  

Между прочим, была такая партия, которая агитировала за нулевую ставку НДС…

Идея, конечно, заманчивая. Но ведь если посмотреть, тот же Евросоюз  в обязательном порядке вводит для своих членов НДС. Значит, что-то в этом налоге есть, не так ли? Давайте для наглядности вспомним налоги на реализацию (перестроечный гибрид), отчисления в инновационный и дорожный фонды.

Если взять только налог на реализацию, то его фактическая ставка превышала заявленную в законодательстве во много раз – во столько, сколько стадий проходило от покупки сырья до реализации готового товара. В Украине НДС как «наследник» этих налогов стал эдакой палочкой-выручалочкой, ведь именно благодаря  ему удалось зафиксировать ставку на уровне фактических 20% и обеспечить государственную казну регулярными денежными поступлениями. И все же в этой роли основным скорее выступал налог на доходы физических лиц с его плавающей ставкой, зашкаливавшей за 40%, и налог на доходы предприятий, вынуждавший выводить доходы «в тень».

Постепенно, эволюционным путем их массы налогов на первые позиции вышли эти вышеперечисленные, ведь они обеспечивали стабильность денежных поступлений, даже если объемы этих поступлений оказывались меньше прогнозных. Неоправданно высокие, с точки зрения многих экономистов, ставки этих налогов позволили добиться экономической стабильности, наполнить бюджет, провести жесткую монетарную политику и выровнять курс национальной валюты. Так что говорить о ненужности или даже вредности базового налога, думаю, очень преждевременно. Вот ставки – это другое дело.

Но ставка НДС все же снижена, правда, с 2005 года.

А вот это уже элемент продуманной налоговой реформы, потому что для Украины, как, впрочем, и для прочих динамично развивающихся стран мира, оптимально было бы создать такую систему налогообложения, в которой  базовыми было бы несколько налогов. Налоги взаимно дополняли бы друг друга, образовали бы своеобразный «скелет». Правительство сохранило бы регулятивные возможности, а налоговая нагрузка равномерно распределялась на объекты налогообложения. Например, тот же НДС, доля поступлений от которого  в бюджете-2003 составляла около 26%, дополнялся бы налогом на доходы физических лиц или на доходы предприятий. Здесь не было бы «коренного» налога и «пристяжных», а все бы налоги действовали в одной упряжке. Именно на это и рассчитано снижение ставки НДВ. Во-первых, создать условия для выгодности налоговых платежей (борьба с «тенью»), во-вторых, не потерять финансовой стабильности.

Видимо, введение спецсчетов по НДС и является «охранным актом» этой стабильности?

Деловые круги восприняли «ручное распоряжение» НДС очень настороженно. Конечно же, Президент, чьим указом введены спецсчета, имел право на беспокойство за наполнение бюджета. Однако такое волевое решение уже вызывает много вопросов само по себе, потому что в корне меняет не только последовательность налоговых изменений. Стоит вспомнить, что глава государства наложил вето на закон 4000-1, который только являлся компенсаторным по отношению к сниженным ставкам налогов на прибыль предприятий и на доходы физических лиц. Иными словами, то был эдакий «запасной вариант», который гарантировал финансовый приток в любом случае. Однако вряд ли расширение объектов налогообложения могло стать позитивным фактором налоговой реформы.

Скорее, наоборот – тормозящим. Вспомним, как было воспринято сообщение о налогообложении процентов по депозитам либо введение НДС на дотоле не облагаемые группы товаров. Вместо этого имеем спецсчета, на которых, согласно воле главы государства, будут аккумулироваться суммы НДС-отчислений. Официально мотив благой – проследить, чтобы не было двойного взимания налога, и упорядочить схему возврата НДС. Однако смотрите, что получается на практике. Предприятие не сможет распоряжаться средствами на спецсчете, не будет иметь возможности пустить их в оборот.

Да, жесткое администрирование в какой-то мере минимизирует НДС-ные махинации, но не снимет проблемы искусственного занижения доходов. В то ж время часть средств предприятий окажется замороженной, что выступит сдерживающим фактором динамического развития украинской экономики, причем наиболее перспективного ее сектора – среднего бизнеса. Кроме того, консервация НДС на уровне 20%, когда бизнес ожидал  снижения ставки, привела к тому, что уже сейчас количество заявителей на возврат НДС возросло по сравнению с прошлогодним показателем на (ирония судьбы?) те же 20%.  Вместо серьезного пересмотра налоговых льгот и сокращения числа свободных экономических зон  с их особым режимом налогообложения  мы получили жесткую схему госконтроля, направленную прежде всего на сохранение поступлений от уплаты НДС.

Но, быть может, именно в силу растущей «основательности» НДС и была введена система спецсчетов? Проследят – проанализируют – и придумают нечто супероптимальное?

Спецсчета НДС, если уж возникало желание отследить потоки НДС и минимизировать «лазейки», рационально ввести для крупных предприятий, тех, кто имеет льготы. А вот зачем спецсчета небольшому предприятию, частной лавочке, маленькому магазинчику или простой торговой палатке? Объекты малого и среднего бизнеса очень чувствительны к уменьшению их активных оборотных средств. Я думаю, именно в этом случае куда рациональнее было бы ввести два варианта схем уплаты НДС: через спецсчета и по-старинке. Спецсчета оправданны для крупных предприятий с большими оборотами.

Не возник бы соблазн искусственно занизить активы?

А это стоит продумать, чтобы у каждого варианта были бы свои преимущества. Ведь если НДС-счет вводится как оружие борьбы с коррупцией, то прежде всего следовало бы бороться с причиной налоговой коррупции.  Да, согласен, спецсчета исключают возможность подковерного лоббирования возврата НДС либо уклонения от неуплаты. Но в то же время механический возврат НДС всем под одну гребенку уже дает повод для уклонения от уплаты. Скажем, НДС возвращают крупным экспортерам. Но ведь не весь экспорт имеет добавленную стоимость. Например, если речь идет об интеллектуальном продукте,  то здесь предприятие получает возврат НДС «из ничего». Так что спецсчета, видимо, есть способ отследить НДС путаницу, но никак не ее распутать.